НА КРАИНЕМ СЕВЕРЕ
В разгроме гитлеровских войск на Севере самое активное участие в боях принимал 73-й отдельный Гвардейский тяжелый танковый полк прорыва. В этом полку я служил в должности старшего механика-водителя тяжелого танка «КВ». Экипаж танка – пять человек: командир машины (офицер), старший механик, командир орудия, младший механик и радист-стрелок.
Наши боевые машины носили на броне имена: Суворов, Чапаев, Щорс и т. д. Наш танк быт «Щорс». До боев нас, особенно старших механиков водителей, беспокоило одно: как будут действовать тяжелые ганки в условиях Заполярья. В скалистой и болотистой местности боевые качества танков в значительной мере терялись. Враг не имел танков на Севере и не верил, что их применит на Крайнем Севере советское командование.
11 сентября 1944 года полк расположился на исходных позициях. Началась большая и опасная работа по изучению переднего края и огневой системы противника. Много потратили сил и времени на детальную разведку местности до переднего края врага и подготовку танков к бою.
6 октября мы узнали, что завтра – прорыв. Ровно в 8 часов утра 7 октября 1944 года загремела артиллерийская канонада, а затем по общему сигналу начался штурм укреплений врага. Условия для танковой атаки были исключительно тяжелыми: бездорожье, крутые подъемы и спуски, крупные валуны, ручьи, торфяники. Все это тормозило движение боевых машин. Но танки шли вперед, прокладывая путь для пехоты. Впереди была высота «Малый Кариквайвишь». На этой высоте нам пришлось преодолевать подъем крутизной в 35-40 градусов под лобовым и фланговым огнем противника. Прикрывая друг друга и маневрируя, мы сумели взять это препятствие. Наш танк и еще два соседних танка были первыми на этой высоте.
Мы прошли с боями более ста километров. Освободили от врага никелевые разработки, населенные пункты: Ахмалахти, Петсамо (Печенга) и 25 октября 1944 года закончили бои в портовом городе Киркенес (Норвегия). Полк был удостоен двух правительственных наград: ордена Красного Знамени и ордена Красной Звезды. Москва четырежды салютовала нам.
За время боевых действий было немало интересных эпизодов в полку. Что касается нашего экипажа, то танк наш был поврежден настолько, что уже к концу боев не мог выполнять отдельные операции наравне с другими танками. Башня не вращалась, топливный бак остался один, дважды разбивали ходовую часть. Башня настолько была разбитой, что страшно на нее смотреть.
Вспоминаю некоторые боевые действия своего экипажа... Снаряд пробил бортовую броню, разорвался в баке с дизельным топливом; осколки, «блуждая» внутри танка, сделали вмятины у противостоящего топливного бака, но из членов экипажа никого не тронули. Я как старший механик-водитель находился в передней части танка и меня все же нашел осколок. Он лежал рядом с правой ногой. Когда я его взял, он был еще теплый. И вот после боя командир полка, увидев отверстие в броне нашего танка, очень удивился, что мы живы. Не было еще такого случая, чтобы снаряд разрывался внутри танка, а никого не ранило. В полку быстро разошлась молва: одни говорили – чудо, другие – судьба. Да, действительно, жизнь человека сложна, много вмещает она порой того, во что трудно верится. Был бы бензин вместо дизельного топлива, мы бы сгорели, а дизельное топливо нас сохранило.
И вот такое было... Танк во время боя встал: разбили гусеницу ходовой части. Враг стал бросать горячую жидкость, весь танк был в огне. Но экипаж не дрогнул. Мы продолжали вести огонь, а младший механик-водитель Вася Чуприна вылез из танка через десантный люк, обезоружил врага, тем самым дал возможность соседнему танку отбуксировать нас в укрытие. За этот бой весь экипаж был представлен к правительственным наградам. Меня наградили высшим знаком солдатской доблести и геройства – орденом Славы.
А еще вот такой случай был у меня... Это невозможно даже до сего времени вспоминать без содрогания. Почему у меня – потому что я оказался один в танке, без экипажа. Дело было так. Наш полк должен был форсировать реку (последний рубеж перед населенным пунктом Петсамо (Печенга), но, чтобы подойти к реке, нужно преодолеть невероятно крутой спуск. И вот мне, как мастеру вождения танков, пом. командира полка подполковник Кирьянов предложил преодолеть эту опасную преграду, показать дорогу другим танкам. Вначале я внимательно обследовал спуск и его рельеф, после чего повернул в танке пушку назад и на замедленной скорости стал маневрировать по склону, спускаясь все ближе к реке. Реку форсировал, выехал на противоположный берег, повернул налево и танк накренился на левую сторону. Опорные катки вышли из зацепления с гусеницей. Пришлось задержаться. Душила обида. Танки, следовавшие за мной, повернули направо, там почва оказалась более проходимой.
И вот после демонтажных и монтажных работ мы выехали на простор, но уже наступила ночь. Командир танка посоветовал мне переночевать в пути, а сам пожелал на автомашине догнать полк и доложить командиру полка о состоянии дел. Со мной остался политрук. Доехали до главной магистрали. Проехали несколько метров и остановились. Была очень темная ночь. Решили переночевать. Когда я заглушил мотор, то в танке слышалось, как где-то справа бурлит вода, но мы этому не придали никакого значения. Утром, когда уже стало светать, мой гость открыл люк башни, видимо, стал вылезать из танка, и я только услышал его крик, и больше я его не видел до следующего дня. Я подумал, что его, возможно, кто-то ударил или еще что, посмотрел в башню, люк был открыт, но никто в него не влезал. Открываю свой люк, вылезаю из танка, – и что же моему взору представилось?! Танк стоит над пропастью, метров 8-9 выше уровня воды, половина правой гусеницы находится в воздушном пространстве. Еще бы я метра полтора проехал в ночи, – и мы с политруком покоились бы на дне быстротечной и глубокой реки. Наверное, к нашему счастью, берег реки был прочный... Вот и случай: без боя – а были бы убиты.
Да, 1418 дней и ночей длились ожесточенные бои. И вот они затихли. Прекратились разрывы бомб и снарядов. В одном из боев радист нашего танка (Толя из города Котлас Архангельской области) был смертельно ранен. Остальные члены экипажа, в том числе и я, встретили день Победы за границей, в глубоких снегах северной части Норвегии.
Отгремел салют в честь этого исторического события. Почти никто не знал тогда, что мир ждет еще одно волнующее событие, которое завершило яркую страницу нашей победной летописи. 24 июня 1945 года на Красной площади в Москве состоялся исторический Парад Победы, участником которого был и я – танкист от Карельского фронта.
Годы, опалённые войной. (Вспоминают ветераны Челябинска) / составитель и редактор Л. У. Чернышев. – Челябинск : ПО «Книга», 1997. – С. 118-121.